Альфред Грибер

3. Армейские «подработки»

3. АРМЕЙСКИЕ «ПОДРАБОТКИ»

(Из повести «Служба в армии»)

А. Грибер

Как-то однажды после обеда выдалась у меня свободная минутка, и я решил навести порядок в своих нотных записях. Сел за стол в красном уголке и принялся за работу.

Я отредактировал записи нот и слов одной песни и уже собирался приняться за другую, как вдруг почувствовал, что у меня за спиной кто-то стоит. Обернувшись, я увидел командира батареи капитана Антипова, который молча наблюдал за моими действиями.

Я попытался встать со стула, но Антипов положил мне руку на плечо и сказал:

— Сидите, сидите, рядовой Грибер. А что это Вы тут пишете?

— Я редактирую песни для концерта в клубе, — ответил я. — Вот выдалось немного свободного времени, и я решил воспользоваться этим.

— Я вижу, что у Вас красивый почерк, — заметил капитан. — Всё написано очень понятно, удобно читается, а главное Вы пишете грамотно и аккуратно.

— Спасибо, товарищ капитан!

— А рисовать Вы тоже умеете? – вдруг спросил командир батареи.

— Нет, товарищ капитан, — отрицательно покачал я головой, — талантом художника я обделён.

— Я так не думаю. Раз Вы так красиво рисуете Ваши ноты, то, наверно, сможете и какую-нибудь картинку нарисовать, — сделал своё заключение мой собеседник.

— Ноты записывать намного проще, чем рисовать. Здесь только кружочки и палочки, — я сделал попытку объяснить. – А вот срисовывать какие-то рисунки по клеточкам я пробовал когда-то давно.

— Как это по клеточкам? – заинтересовался капитан.

— Очень просто. Нужно расчертить рисунок вертикальными и горизонтальными линиями с определённым интервалом. Получается такая координатная сетка. А потом делаете такую же сетку или сетку с другим интервалом на листе белой бумаги. И затем уже нужно воспроизвести все линии рисунка от клеточки к клеточке, — помогая себе выразительными жестами правой руки, вводил я своего командира в курс дела.

— Вот видите, а Вы говорите, что не умеете рисовать, — обрадовался капитан Антипов.

— Так я и не умею, товарищ капитан. А рисовать по клеточкам — это же примитивизм какой-то, а не рисование, — попытался я возражать.

— Ничего, ещё научитесь, — убедительно произнёс мой визави. — А пока у меня есть для Вас, рядовой Грибер, задание. Дело в том, что нужно привести в надлежащее состояние всю документацию батареи. А это и списки личного состава по взводам, и анкеты на каждого военнослужащего, и планы работ, и политинформации, и боевые листки, и всякие отчёты.

— А когда же я это всё должен делать? – поинтересовался я.

— Придётся Вам изыскивать время, чтобы эта работа не мешала выполнению Вами своих обязанностей по учебному процессу. Так что придётся покрутиться. Завтра утром явитесь ко мне в кабинет, чтобы получить весь фронт работы. Понятно, рядовой Грибер?

— Так точно, товарищ капитан!

Вот так у меня прибавились новые дополнительные обязанности. Однако приказ — есть приказ, и его следовало выполнять.

Благодаря своей природной работоспособности, я успешно справлялся и с этим заданием. Очень скоро я знал всю подноготную о каждом солдате и офицере всех четырёх взводов нашей батареи. В любое время суток я мог дать подробную информацию о всех и вся.

Дело дошло до того, что мне было поручено планировать всю работу и весь учебный процесс зенитной батареи. Другими словами, командир подразделения капитан Антипов свалил на меня свои обязанности по написанию планов работы батареи и политинформаций.

Теперь все командиры взводов (лейтенанты и старшие лейтенанты) приносили свои планы мне, и мы вместе с ними обсуждали, что целесообразно включать в общий план, а что нет.

Складывалась довольно таки абсурдная ситуация: рядовой первого года службы получил большие полномочия.

Но никто с командиром батареи ссориться не хотел, да и, честно говоря, младшие офицеры не больно-то любили работать сами. Всех устраивало то, что я подготавливал.

Капитан Антипов приходил, пробегал глазами написанное мной и подписывал всё без лишних слов.

Может сложиться впечатление, что жизнь моя стала легче. Напротив, она стала тяжелее.

Мои непосредственные командиры-сержанты всегда хотели показать мне, чей я подчинённый в первую очередь. Поэтому в наряды меня назначали, как и всех остальных, без всяких скидок. Никаких поблажек в боевой подготовке мне не давали. Наоборот, даже требовали больше, чем от остальных.

Естественно, пожаловаться кому-либо было чревато различными осложнениями. Поэтому приходилось терпеть и лавировать. С волками жить — по-волчьи выть.

Армия — это очень жёсткое и жестокое место. Пока удалось завоевать к себе уважение, прошло немало времени.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *