Альфред Грибер

15. ПОСЛЕДНИЙ БОЙ РАДИОТЕЛЕГРАФИСТА НАУМА ГРИБЕРА

15. ПОСЛЕДНИЙ БОЙ РАДИОТЕЛЕГРАФИСТА НАУМА ГРИБЕРА

(из повести «Истоки и корни»)

А. Грибер

Нисл (Наум) Грибер, родной брат моего дедушки Герша, родился в 1911 году в городе Дубно в семье Шимона и Эстер Грибер. Вместе с семьёй в 1917 году он переехал на новое местожительство в Житомир.

Где-то в 1930-31 году Наум уехал на Дальний Восток в Амурскую область в город Благовещенск. Зачем и почему — не известно. Уехал — и всё тут.

В Благовещенске он женился, но его жена умерла при родах, а новорожденный ребёнок умер через пять дней.

Потрясённый горем, Наум решил уехать из Благовещенска.

Родные его умершей жены пригласили его переехать к ним в посёлок Биракан Еврейской автономной области. Наум принял это приглашение.

Постепенно рана в сердце от потери жены и ребёнка начала заживать. Науму тогда было всего чуть больше двадцати лет. А рядом с ним почти всё время находилась младшая сестра его покойной жены — Бася. В конце концов, в 1935 году Наум женился на Басе.

Через год у них родился сын Юрий. А в январе 1941 года на свет появился младшенький сынок — Анатолий. Жила вся семья на улице Советская в доме № 11.

Июнь 1941 года в корне изменил жизнь семьи Наума и Баси Грибер. Вскоре Наума призывают в армию и отправляют на фронт.

Красноармеец Наум Грибер служил радиотелеграфистом отдельного артиллерийского дивизиона 136-й отдельной стрелковой бригады.

Эта бригада формировалась в Куйбышевской области в феврале 1942 года. В начале марта 1942 года она отправилась в сторону Москвы, но уже во второй половине марта поступил приказ о переброске бригады в район Ржева. Там требовалось подкрепление для продолжения Ржевско-Вяземской наступательной операции Красной Армии.

После завершения данной операции 136-я отдельная стрелковая бригада, которая понесла в боях огромные потери, была направлена в конце апреля на пополнение в район Итомли Ржевского района Калининской области.

В конце июля данная бригада вошла в группу развития прорыва ударной группировки на направлении главного удара 30-й армии Калининского фронта, которая 30 июля должна была своим наступлением на Ржев начать Ржевско-Сычёвскую операцию.

Буквально за два дня перед началом Ржевско-Сычёвской операции нарком обороны И. В. Сталин подписал приказ № 227 «О мерах по укреплению дисциплины и порядка в Красной Армии и запрещении самовольного отхода с боевых позиций». В этом приказе, в частности, говорилось следующее:

«… Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв. Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности…

… Отныне железным законом дисциплины для каждого командира, красноармейца, политработника должно явиться требование — ни шагу назад без приказа высшего командования».

В войсках это приказ так и называли «Ни шагу назад».

30 июля в 6 часов 30 минут утра 30-я и 29-я армии Калининского фронта начали полуторачасовую артиллерийскую подготовку. Сотни орудий разных калибров, в числе которых были и орудия артиллерийского дивизиона, где служил Наум Грибер, бросили на немцев мощный шквал огня. Немцы сделали поначалу несколько неуверенных попыток ответить огнём на огонь, но мощь огненного удара Красной армии заставила их от этого отказаться.

Сразу после артподготовки в бой вступила пехота, которой при поддержке танков удалось захватить две первые позиции главной полосы обороны немцев и уничтожить почти всех её защитников. Лишь немногим фашистам удалось отойти на вторую полосу обороны.

Во время артподготовки пошел дождь, который то затихал, то вновь усиливался, а вскоре превратился в сплошной ливень, который продолжался много дней.

Всё пространство боевых действий превратилось в сплошное болото. Дороги сразу сделались непроходимыми. Все и всё: люди, лошади, артиллерия, машины, тракторы, танки – вязли в непролазной грязи.

Наступать приходилось по низменной и заболоченной местности. А тут ещё и небольшие речки разлились из-за нескончаемых дождей. Вот и приходилось передвигаться в сплошной воде: дождь сверху и болотная жижа по колено снизу.

Сапёры очень оперативно настелили дороги-лежневки, но они под тяжестью танков, артиллерийских орудий и другого транспорта уходили в раскисшую землю на полметра. Вследствие всего этого танки и артиллерия отстали от пехоты.

Чтобы вытащить увязшие в грязи пушки, артиллеристы впрягали в них до десятка лошадей. Но, к сожалению, часто и самих лошадей приходилось вытаскивать верёвками из этого нескончаемого болота. Тогда солдаты тянули по грязи выше колен на лямках и веревках за собой пушки.

Ночь около деревни Рамено (Раменье) Ржевского района Калининской области с 31 июля на 1 августа выдалась тёмной, с дождём и изморозью. Было очень сыро и холодно.

Ровно в 7 часов утра 1 августа немецкая авиация группами по 5-7 самолетов начала бомбить боевые порядки частей Красной армии.

А затем грянул сильный бой. Снаряды из пушек и танков носились по полю сражения и выполняли свою страшную «работу», уничтожая всё, к чему они прикасались: и людей, и лошадей, и технику. Один из орудийных расчётов отдельного артиллерийского дивизиона 136-й отдельной стрелковой бригады, огонь которого корректировал радиотелеграфист Наум Грибер, погиб в полном составе. За ним последовал и второй. В живых остался только красноармеец Наум (Нисл) Грибер.

И тогда он в одиночку, находясь на открытой местности, продолжил бой против врага. Сам подносил снаряды. Сам заряжал орудие. Сам наводил его. Сам стрелял.

И это продолжалось до тех пор, пока немецкий снаряд не снёс ему голову.

Так геройски погиб простой еврейский парень, солдат Красной армии — Наум Семёнович (Нисл Шимонович) Грибер.

 

2 комментария

  1. татьяна писал:

    Доброго времени суток, Альфред! Зацепил за живое твой рассказ. Понимаю, что в нем есть не только документальная, но и художественная составляющая. И все вместе – еще одна трагическая страница минувшей войны.

    Да, Альфред, вот именно такими были бои первых месяцев и лет войны!
    Таков был «гений военного искусства» «вождя с трубкой». По схеме «ни шагу назад» и «вперед, за сталина» бросали плохо обученных и, зачастую, голодных и истощенных ребят на господствующую высоту по открытому и пристреленному немцами полю.

    И полнокровный полк после боя, к вечеру сводился в один-два батальона, чтобы к вечеру следующего дня, по той же схеме на том-же самом поле, быть сведенным в роту. А к концу боя погибала и рота.

    Только в 1961 году, с началом оттепели, в СССР была обнародована первая правдивая статистика о страшных потерях в поистине народной войне. Сам «вождь» не озадачивался точными подсчетами, упиваясь своей победой. Для него и Наум и миллионы сограждан были лишь пушечным мясом, которому предстояло обеспечить победу любой ценой.

    Ведь именно он был тем, «…..кто вёл нашу страну через трудности и испытания войны, кто спас страну от гибели, чей гений указал путь к победе, чья воля привела страну к победе….» вот так сказано в биографии вождя.

    А в предвоенные годы «гений» указал путь к уничтожению сначала военной разведки (1937 год), затем, в 1938 году, вместе с расстрелом талантливого советского военачальника, маршала М. Н. Тухачевского, десятки тысяч офицеров были казнены или брошены в тюрьмы.

    Таким СССР подошел к началу войны. И потому так огромна цена победы. Не знаю, стоит ли в комментарии приводить цифры, но именно они поясняют, почему из целого батальона часто ОДИН НАУМ (или ВАНЯ) оставались в живых.
    Итак, вот они, потери. Данные взяты из сборника научных статей С.А. Кропачев,
    ДЕСЯТЬ ЛЕТ, изменившие страну.

    – Безвозвратные потери личного состава РККА, ВМФ, пограничных и внутренних войск – 11444,1 тыс. человек.
    – На оккупированной территории было уничтожено и расстреляно 9987,0 тыс. мирных жителей.
    – Из 5,3 млн. гражданских лиц, насильственно вывезенных на работы в Германию, погибло 2,2 млн. человек.
    – От голода и болезней погибло 4,1 млн. мирных граждан.
    – В 1941-1945 гг. в СССР умерло более 1 млн. заключённых (из них свыше 620 тыс. – в лагерях ГУЛАГа).
    – На спецпоселениях и в ссылке в 1940-1952 гг. умерло почти 0,5 млн. депортированных, большая часть из которых приходилась на военные годы.
    – По политическим мотивам в 1941-1945 гг. было осуждено 476615 человек, из них 42149 расстреляны.

    В итоге получается 29 724 249 человек. Это без учета сотен тысяч гражданских лиц, уничтоженных в результате боевых действий, бомбежек, артиллерийских обстрелов, а также в блокадных и осажденных городах, а также погибших партизан и подпольщиков.

    Осмелюсь предположить, что эти немыслимые жертвы привели к некой отрицательной «мутации» генома человека. Иначе чем объяснит тот факт, что число поклонников «вождя с трубкой», уничтожившего в своей паранойе миллионы сограждан, с каждым годом в России только растет??

    03/12/2013
    Ответить
    • Очень тяжело читать эти цифры. Очень тяжело вспоминать это. Я очень благодарен Вам, Татьяна за такой прекрасный комментарий!

      03/12/2013
      Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *