Альфред Грибер

18. НОВАЯ СЕМЬЯ

18. НОВАЯ СЕМЬЯ

(из повести «Дела сердечные и не только»)

А. Грибер

Дом на улице Шевченко, в котором жила Маша со своей мамой, был одноэтажным. В нём по периметру располагались четыре квартиры.

Квартира Маши, а потом уже и моя квартира, состояла из трёх небольших комнат. Нам с Машей была отдана комната побольше. У Машиной мамы была своя комнатка. И одна комната выполняла роль прихожей и столовой. Кухня была в небольшом коридорчике при входе в квартиру.

Деревянная уборная была во дворе. Из-за отсутствия в квартире ванной и даже душа, нам с Машей приходилось раз в неделю ходить в баню.

Мама Соня с первого дня относилась ко мне не только с большой любовью, но и с огромным уважением. Она поучала Машу:

— Муж – глава семьи. Что он скажет – так тому и быть.

Утром, когда я отправлялся на работу, она всегда благословляла меня еврейским пожеланием:

— Гей гезинд ин ким гезинд! (Иди здоровым и приходи здоровым!)

Мама Соня всегда была вежливой и предупредительной. Несмотря на свой уже немолодой по тем временам возраст – 67 лет, она старалась всё делать по хозяйству, забегая нам с Машей все дороги. Мама Соня с первого дня ладила с мамой Фирой. У них были очень хорошие отношения. В общем, с тёщей мне очень повезло!

Мы все жили хорошо и дружно. Здесь у нас родились обе наши замечательные и любимые дочки – Катя и Лена. Катенька родилась 27 сентября 1976 года, как раз в день нашего с Машей знакомства. А Леночка родилась 15 января 1982 года через десять дней после смерти моего дедушки.

Маша всегда выглядела внешне спокойной и уравновешенной. Но когда нужно было встать на защиту членов своей семьи, она превращалась в тигрицу.

Как-то в начале сентября 1975 года мы прогуливались с уже основательно беременной Машей по улице Карла Маркса. В районе бульвара мы начали переходить улицу на зелёный свет. Вдруг какая-то машина начала движение на красный свет и приближалась к нам. Я бросился наперерез машине, отчаянно махая руками перед собой, требуя от водителя остановиться. Когда машина остановилась, я подошёл к двери водителя и начал выговаривать ему всё, что было у меня тогда на душе. И то, что он слепой и не видит красный цвет светофора, и то, что он чуть не задавил беременную женщину. Водитель, открыв дверь машины, начал мне что-то орать в ответ. В это время к машине ринулась Маша. Она резко захлопнула дверь и громко сказала водителю, что, если он сейчас же не уберётся отсюда, она за себя не отвечает. Вокруг уже стали собираться люди, которые проходили по улице и видели, что произошло. Водитель заткнулся и уехал.

В нашей семье почти никогда не было ссор. Споры были, несомненно. Но все семейные проблемы мы с Машей решали сообща.

Однажды во время прогулки нам с Машей встретились две девушки, с которыми я был дружен во время своей работы и учёбы в педагогическом институте и с которыми я очень давно не виделся. И я, и эти девушки очень обрадовались встрече друг с другом. Мы начали обниматься и целоваться. Я познакомил Машу с моими друзьями. Потом мы обменялись новостями и разошлись. Я начал рассказывать Маше о том, где мы пересекались с этими девушками в институте. Маша слушала, а потом спросила:

— А что обязательно нужно было целоваться с ними?

Больше я в присутствии Маши никогда не целовался со знакомыми девушками.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.