3. Малыш Люсик

3. МАЛЫШ ЛЮСИК

(из повести «Житомирское детство»)

А. Грибер

«Этот ребёнок родился сразу в хорошем настроении», — так говорили обо мне все те, кто знакомились со мной ещё в раннем возрасте.

И это не удивительно, потому что малыш Люсик всегда улыбался и был радостным.

Особенно мне нравилось сидеть на руках у мамы. С этой позиции мне было видно всё, что происходило вокруг.

Когда мне исполнилось ровно полгода, меня впервые сфотографировали на руках у мамы. Ей тогда нравилось наряжать меня в платья. Видно, подсознательно она мечтала о дочке. Мама поначалу и называла меня, как девочку: Алюсенька, Люсенька.

Но рос сынок Люсик, который любил целоваться. Своими поцелуями я выражал любовь и нежность к своим близким: маме, бабушке, дедушке и дяде Изе.

Летом 1947 года меня определили в детские ясли № 1, которые находились на улице Войкова, примерно в трёх кварталах от нашего дома.

Дядя Изя каждое утро сажал меня к себе на плечи и относил в ясли. Там он опускал меня на землю и отдавал нянечке или воспитательнице. А сам отправлялся на работу. Зимой этот путь я проделывал на саночках.

Мама тоже отводила меня в ясли, когда была свободна от домашних дел. А вот из яслей меня всегда забирала она.

Как-то в начале июля 1948 года, когда мама пришла вечером в ясли, чтобы забрать меня домой, ей дали фотокарточку, на которой были изображены дети, сидящие на горшочках, в том числе и я.

Я очень хорошо помню тот день, когда нас фотографировали. 3 июля 1948 года начинался в яслях как обычно.

После завтрака меня и ещё нескольких ребятишек усадили на горшочки около сарайчика. Это тогда называлось «высаживанием».

Всё было, как всегда. Сидим мы такой небольшой компанией и обмениваемся мнениями о нашей жизни.

Но тут к нам подходят наша воспитательница и какой-то дяденька, который держит в руках какую-то чёрную штуку с круглым окошком в середине.

— Дети, сейчас мы с вами будем фотографироваться, — обратилась к нам воспитательница. — Вот, видите, у этого дяди в руках фотоаппарат.

Некоторые ребята из нашей компании на всякий случай решили заплакать. Кто его знает, что это за штука такая — фотоаппарат. А вдруг это больно.

Но воспитательница быстро успокоила их, сказав:

— Не бойтесь, это не страшно и совсем не опасно.

— Смотрите в это окошко и улыбайтесь! — обратился к нам дяденька. — А за это, в ответ на ваши улыбки, из этого окошка вылетит птичка.

Мы заулыбались и стали смотреть в окошко. Ждали мы, ждали, но птичка так и не вылетела. Все, конечно, расстроились, а некоторые ребята даже заплакали.

Но я не плакал. Мне просто было обидно, потому что нас обманули. А обманывать — это нехорошо! Так меня учили взрослые.

Мне в то время уже «стукнуло» два года и пять месяцев.

Эта фотография до сих пор хранится у меня. А на её обратной стороне маминой рукой написано: «Высаживание, 3 июля 1948 года».

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *